Что может предотвратить войну между Россией и Западом?

Со времен европейского Просвещения в западном мире подъемы цивилизации сменяются периодами ее деградации, завершающимися войнами. Сейчас заканчивает очередной такой период, и мир понемногу движется к новой мировой войне. Предотвратить ее может только новое Просвещение, причем как на Западе, так и в России.

Европейское Просвещение 17-18 веков привело к значительному прогрессу в сфере естественных наук, в то время как философия и политология даже в настоящее время во многом остались на уровне средневековья (см. «Россия, США и Европа вернулись в 17 век»). Эпоха просвещения началась с работ философов, которые занимались разработкой научного метода, в частности Фрэнсиса Бэкона и Рене Декарта. Вооруженные научным методом ученые сумели совершить переворот в естественных науках. А вот с общественными науками ситуация сложнее: у них периоды развития до сих пор сменяются периодами деградации, в одном из которых мы сейчас и находимся. Поэтому, как считает нобелевский лауреат по экономике американский ученый Джозеф Стиглиц, миру нужно новое Просвещение (см. «Конец неолиберализма и возрождение истории»). Без этого предотвратить глобальную войну вряд ли удастся.

Просвещение привело к возникновению идеологии либерализма

В эпоху Просвещения в общественных науках были получены значительные достижения. В Европе была сформулирована идеология либерализма, представленная такими именами, как, например, Адам Смит и Джон Локк в Великобритании и Жан Лерон Д’Аламбер во Франции. Основная идея либерализма – общественный договор между властью и народом, конституция как ограничение власти государства, и одновременно государство как защитник конституции и свободы граждан от власти как государства, так и самих граждан. Эта идеология была принята на вооружение в США, где ее основные идеи были отражены в написанной Томасом Джефферсоном Декларации независимости США, а также в ее Конституции. А в Европе произошла Великая французская революция. Цивилизация сделала колоссальный шаг вперед.

Но во Франции от идей либерализма сами же революционеры отказались, перейдя к террору, затем там власть перешла к буржуазии, передавшей ее Наполеону, в США новая элита приступила к истреблению индейцев, и эпоха Просвещения, как принято считать, завершилась. Начались войны. Естественные науки продолжали победное развитие, а с гуманитарными возникли проблемы, хотя в некоторых сферах прогресс продолжался. Но в США и Европе феодальная элита постепенно сменилась буржуазной. И этой элите нужны были ученые, которые доказали бы ее право на власть без каких-либо ограничений государством и договорами с народом. И такие ученые появились, хотя сейчас их имена практически забыты, и возникла идеология, доказывающая необходимость свободы капитала от государственного регулирования, которую назвали классическим либерализмом, хотя по сути она была антилиберализмом, так как понятие свободы в ней была заменено на вседозволенность. В условиях вседозволенности, то есть когда государство не защищает граждан от других граждан, среди них побеждает сильнейший, то есть капитал.

Деградация общественных наук имеет простое объяснение. В естественных науках есть заказчики – экономические субъекты, оплачивающие исследования и зарабатывающие на этом власть и деньги. Причем сами явления занимают, как правило, ограниченное время. Например, падения яблок, наблюдая которые согласно легенде, Исаак Ньютон открыл закон всемирного тяготения, занимает всего доли секунд. Поэтому можно ставить множество опытов, получая повторяющиеся результаты. А если заказчик купит у ученого неверную теорию, то у него не получится с производством товаров, и он быстро разориться. Такая система способствовала отбору ученых и теорий, которые подтверждаются на практике. Неверный выбор бывает, и он очень быстро приводит к разорению того, кто его сделал.

Совсем по-другому обстоят дела в общественных науках. Основным заказчиком исследований в области идеологии и политологии, а также и экономической теории выступает правящая элита общества. И ее запросы к исследованиям ученых существенно отличаются от тех, которые предъявляются в естественных науках. Элита заинтересована не столько в развитии государства, сколько в сохранении своей власти. Поэтому ей нужны теории, которые объявляют, что право на власть принадлежит именно ей.  

Кроме того, явления в общественной жизни происходят намного медленнее, чем обычные природные явления. Преобразования в обществе происходят по мере смены поколений, то есть примерно через 20-40-60 лет. Поэтому один эксперимент в жизни общества занимает десятилетия, то есть проверка опытным путем теорий носит длительный характер.

Указанные особенности общественных наук создают условия для их деградации. Так как работа ученых оплачивается не обществом, а его элитой, она может платить только тем ученым, которые утверждают, что именно эта элита должна обладать властью. А так как на проверку этого уходят жизни двух-трех поколений, то теории существуют довольно долго, и ученые приходят к выводу об их ошибочности только после того, как государства, в которых они реализуются, прекращают существование, или там происходит смена элит.

При этом авторам ошибочных теорий, доказывающих то, что нужно элите, приходится отказываться от научного метода, применение которого дает вполне однозначный ответ на вопрос о том, как надо жить в обществе, полученный еще в годы Просвещения: элите следует действовать в соответствие с либеральными принципами (общественный договор и пр.), которые значительно ограничивают ее власть и богатство.

Естественно, элита отдавать власть народу не хочет, поэтому ей такая наука не нравится, и она стремится оплачивать работу только тех людей, которые говорят то, что нужно правителям. Именно это произошло в 19 веке после завершения эпохи Просвещения. Экономическая теория и политэкономия в рамках классического либерализма частично порвали с научным методом и идеями Просвещения, и в сфере идеологии произошел первый глобальный обман. Цивилизация в данном вопросе потерпела поражение, хотя экономика и технологии бурно развивались.

Второй шанс для цивилизации был упущен

Наука в общественной жизни хотя и отошла в тень, но не исчезла, так как кроме крупного капитала заказ на научные исследования исходит и от государства, кроме того, в экономике имеются проблемы, не связанные с идеологией напрямую, а также  есть оппозиция элите, да и среди элиты бывают люди, заинтересованные в истине, какой неприятной для них она бы не была. Поэтому идеология либерализма тоже развивалась. В частности, в Великобритании ее идеи довольно далеко продвинул в 19 веке Джон Стюарт Миль, в России – Федор Достоевский, а в результате работ Карла Маркса и ряда других ученых в Европе возникла идеология социал-демократии, близкая к либерализму. Но они не сумели переломить ситуацию, и начале 20 века в ходе краха монархий в Европе буржуазия пришла к власти, и классически либерализм на Западе окончательно победил.

Только в России классический либерализм, получив власть (Февральская революция), отдал ее социал-демократам (Октябрьская революция), которые за несколько лет трансформировались по факту в монархистов и восстановили монархию во главе с Иосифом Сталиным. Возрожденную в новой форме монархию они назвали коммунизмом, то есть произошел еще один обман в сфере идеологии. Новая элита истребила старых ученых и наняла новых, которые придумали наукообразное обоснование ее права на власть.

Как и в предыдущем случае, отказ от либерализма и других идей Просвещения в мире, привел, после кратковременного бума в мировой экономике, к Великой депрессии и Второй мировой войне. Цивилизация снова проиграла.

В связи с этим у общества опять возникла потребность в науке в общественных науках, в Великобритании появился социальный либерализм Джона Кейнса, в США был реализован Новый курс Франклина Рузвельта, а в Германии уже после Второй мировой войны был сформулирован ордолиберализм. Пика эти идеологии, а вмести с ними и цивилизация, достигла после завершения Второй мировой войны. Это был уже третий период победы научного метода в экономической теории и политике после эпохи Просвещения. А так как о существовании либерализма эпохи Просвещения общество уже подзабыло, либерализм Джона Кейнса на этот раз стали называть то социальным либерализмом, то неолиберализмом. А потом терминология окончательно запуталась, так как возникающие теории стали называть одним словом «неолиберализм», как либеральные, так и антилиберальные.

Но потребность в науке у элиты в Европе и США была недолгой, да и успех цивилизации вовсе не был стопроцентным. Это весьма наглядно проявилось при создании Международного валютного фонда (см. «Джон Кейнс ни в чем не виноват: бреттон-вудского яда его план не предусматривал»). Проект формирования такой организации и устройства всего послевоенного мирового финансового порядка разработал настоящий либерал Джон Кейнс. И его проект был либеральным – он предполагал равенство валют разных стран и помощь бедным странам со стороны богатых.

Однако США предложили другой проект, в котором доллар получал преференции, а МВФ вместо помощи развитым странам заставлял их покупать доллары для формирования резервов, поддерживая экономику США. При этом принять такой план удалось за счет жульничества делегации США в Бреттон-Вудсе в 1944 году – чиновника Минфина США и по совместительству советского информатора Гарри Уайта, который просто подделал окончательную версию соглашения (см. «Малоизвестная история Бреттон-Вудской аферы»). После того, как соглашение было согласовано делегациями и подписано, Гарри Уайт его отредактировал, заменив слова об установке стоимости валют в золоте на слова в «золоте и долларе».

Таким образом, цивилизация на этот раз проиграла. Чиновники и финансисты показали ученым, кто хозяин, а кто слуга. Показательна в данном отношении характеристика Гарри Уайта, данная ему Джоном Кейнсом в письме английскому правительству от 3 октября 1943 года «Гарри Уайт очень некомпетентен, хочет постоянно кого-то обмануть, не имеет ни малейшего представления, как следует вести себя, не принимает простых правил цивилизации. На мой взгляд, он полный болван. Не умеет он даже различать значения терминов должник и кредитор». А когда в британском парламенте обсуждали Бреттон-Вудское соглашение, оно было названо варварским. Джон Куйнс не случайно говорил о цивилизации: в Бреттон-Вудсе шла борьба между цивилизацией и дикостью.

Джону Кейнсу вообще не повезло. Мало того, что американцы отказались от его идей и сжульничали, так обман продолжается и до сих пор. Например, в Википедии написано, что наиболее существенный вклад в разработку концепции МВФ внесли Джон Мейнард Кейнс и Гарри Уайт. Это уже просто какое-то издевательство над британским ученым, так как осуществленная концепция МВФ прямо противоположна его идеям.

История с МВФ очень хорошо иллюстрирует состояние дел в современных экономической теории и политологи, наполненных фантазиями и прямым враньем каких-то странных людей, щедро финансируемых финансовой элитой. Тем не менее, поражение цивилизации в Бреттон-Вудсе не было окончательным, после Второй мировой войны у цивилизации были еще значительные достижения. В частности, в виде немецкого ордолиберализма. А в США наконец-то победили расовое неравенство, хотя отчасти формально. Именно распространение либерализма, то есть укрепление цивилизации в Западной Европе и США, пожалуй, и привело к завершению холодной войны между СССР и Западом. 

Однако параллельно развивался и возрожденный классический (анти)либерализм в трудах многих экономистов типа Людвига фон Мизеса и Фридриха фон Хайека. И в девяностые годы прошлого года цивилизация общественные науки опять постепенно деградировали, и мировой элитой стали востребованы вместо ученых писатели-фантасты типа Фрэнсиса Фукуямы (см. «Фундаментальная ошибка Фрэнсиса Фукуямы: он не либерал и не ученый»). Цивилизация опять проиграла, период ее развития сменился деградацией.

Новое просвещение – шанс для цивилизации

Конечно, наука сохранилась и в наши дни, но она отошла на периферию общественной жизни. Ее представляет, в частности, нобелевский лауреат по экономике Джозеф Стиглиц, продолжающий линию нового курса Франклина Рузвельта и идеи Джона Кейнса. Джозеф Стиглиц является довольно заметной фигурой, и даже выступает советником для деятелей демократической партии США. Но его советы политики не слушают, действуя примерно так же, как американская делегация на Бреттон-Вудской конференции в отношении Джона Кейнса. Его статьи иногда публикуют на сайте Project-Syndicat, претендующем на представление широкого спектра мнений ведущих мировых лидеров и мыслителей, но на одну статью этого ученого приходится, наверное, несколько десятков статей мыслителей типа Фрэнсиса Фукуямы. Там даже в 2019 году разместили статью Джозефа Стиглица с названием «Конец неолиберализма и возрождение истории», в которой он написал о необходимости нового Просвещения, но это не оказало никакого видимого эффекта.

Тем не менее, эксперимент над мировой экономикой, длительностью уже примерно в 40 лет, наглядно показал несостоятельность возрожденной идеологии классического либерализма, в очередной раз маскирующейся под либерализм. Поэтому можно ожидать, что в наше время спрос на ученых и научные исследования со стороны элиты и ее оппозиции вырастет, и начнется новый период Просвещения, в результате которого цивилизация сделает еще один шаг вперед, в третий раз вернувшись к идеям либерализма.

Но есть проблема: удастся ли на этот раз обойтись без войны? Новая эпоха Просвещения могла бы предотвратить подобное развитие событий, но западная элита не хочет отдавать власть народу, и продолжает платить деньги идеологам, утверждающим, что сейчас все в порядке. И они количеством забивают предложения ученых. В России ситуация аналогичная, значительная часть элиты также оплачивает работу идеологов классического либерализма, периодически собирая их для отчета на Гайдаровский форум. Это означает, что и Запад и Россия будут продолжать деградировать.

Отказ от либеральной идеологии в странах Запада делает вероятность войны весьма большой. Дело в том, что в рамках идеологии классического либерализма война является нормальным явлением, свобода ведь: кто сильнее, тот и правит. Поэтому если возникнет шанс, что западные станы могут победить Россию в войне, они ее начнут, придумав какой-либо приличный повод. А это значит, что единственный способ избежать войны состоит в поддержке паритета сил между Западом и Россией.

Новые инициативы России, направленные на снижение угрозы нападения на нее со стороны Запада, в принципе, направлены на поддержку паритета, поэтому могут снизить вероятность мировой войны, даже несмотря на обострение геополитической обстановки в мире. Однако принципиально ситуацию это не меняет. Дело в том, что экономика России, в которой значительной частью элиты реализуются антилиберальные принципы, будет продолжать деградировать, и, в конце концов, государство не сможет поддерживать паритет (из-за слабой экономики и отсутствия согласия в обществе) и станет уязвимой и для внешних врагов. Как это произошло с СССР. Теоретически ситуацию можно изменить, но для этого нужна смена идеологии элиты, чего она пока делать не собирается.

Проблема в том, что значительная часть российской финансовой элиты придерживается фактически антироссийских позиций. В 2021 году, несмотря на проблемы с пандемией и ростом доходов страны от экспорта, чистый отток капитала из страны вырос в 1,4 раза и достиг 72 млрд. долларов. Российские олигархи активно выводят свои средства за рубеж вместо того, чтобы профинансировать формирование новых сфер экономики в РФ. Ссылаются на отсутствие условий, но что мешает им профинансировать научные исследования того, какие условия им необходимы? Было бы желание, давно бы решили все проблемы, думаю, что даже 1 млрд. долларов на научные (настоящие) исследования с лихвой хватило бы для того, чтобы создать условия для инвестиций в РФ. Но олигархам это просто не надо. А Банк России с Минфином спокойно наблюдают за этим, да и сами выводят средства, размещая валютные резервы за рубежом. С такими олигархами и чиновниками экономика России обречена и без новой холодной войны.

В то же время, судя по изложенным выше историческим фактам, новое Просвещение действительно может снизить угрозу новой мировой войны. В России оно поможет поднять экономику страны и обеспечить согласие в обществе, сделав его неуязвимым. А в западных странах оно будет способствовать возращению к принципам либерализма, что приведет к отказу их элит от отношения к войне как нормальной форме политической жизни. Цивилизация в мире должна подняться на новый уровень, в котором ученые (настоящие, а не купленные элитой) в обществе главнее чиновников и финансистов. Ученые (настоящие) лучше политиков знают, что надо делать с обществом, стоит вспомнить хотя бы роль американских ученых в установлении паритета СССР и США по атомному оружию.

К сожалению, пока надежды на Просвещение невелики, хотя и не равны нулю. Элиты всех стран не хотят добровольно делиться властью, поэтому остается ждать углубления мирового кризиса, а то и войны, которые заставят их уступить. То есть, перед тем, как стать лучше, будет хуже. Дорога к цивилизации извилистая. Она, конечно, долгая и трудная, но другого пути нет.

Владимир Тарасов.

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход /  Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход /  Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход /  Изменить )

Connecting to %s